Сделать стартовой Подписка
Язык:

Медведев не хочет уступать это место Путину!

2 октября 2010, 14:52Просмотров (2153) Комментарий (1) Отправить другу Рейтинг Печать
Медведев не хочет уступать это место Путину

Политическая ситуация в России последних лет многими экспертами характеризуется как застойная, депрессивная, а президент России Дмитрий Медведев нередко оценивается как несамостоятельная фигура. Элиты и оппозиция находятся в незавидном положении…

О возможностях изменить политическую и экономическую ситуацию в России, о первородном грехе Дмитрия Медведева, феномене Владимира Путина, полётах Владимира Артякова, самарской политике и политиках, «ходорофобии» и других страхах власти, а также о многом другом некоторое время назад PolitSamara.Ru поговорила с одним из лидеров российской оппозиции Борисом Немцовым. Сегодня мы публикуем первую часть интервью, касающуюся федеральной тематики. PolitSamara.Ru вновь в эфире

Феномен Путина – дорогая нефть

- Для начала весьма общий вопрос. Как можно охарактеризовать современную политическую ситуацию в России?

- Совсем коротко: застой и коррупция.А если не совсем, то на фоне болтовни о модернизации и радужных телекартинок мы имеем следующее…
Первое: депопуляция. За 10 лет сокращение населения в России – 5 миллионов человек, то есть 500 тысяч в год.
Второе: коррупция. Тут, я считаю, у вас в Самаре есть достойный пример, один из самых одиозных, я бы сказал, примеров. Ваш губернатор… За 10 лет мы скатились с позорного 82-го места по показателю коррупции на 186-е. Оно совсем африканское.
Далее – углубление сырьевой зависимости в России. В 2000-м году доля нефти, газа и угля в экспорте была 35%, сейчас 65%, а в целом сырье – больше 90% экспорта.

Следующее – социальное неравенство. Все обращают внимание, что число миллиардеров за последний год-полтора выросло в 1,5-2 раза. Но это не самое страшное. В Америке тоже много миллиардеров. Самое страшное то, что растет, дико растет социальное неравенство вообще. Есть такой показатель – доход 10% богатых и 10% бедных… Нефтяное изобилие очень неравномерно распределялось…

Идем дальше… Если говорить о государственных институтах, то одно слово –уничтожены. Нет суда. Самарская история с рассмотрением в Басманном суде иска правозащитников о полетах губернатора на чартерах – вопиющая. Такой классический пример басманного правосудия, когда приводится неопровержимые факты того, что человек летает за бюджетные деньги, за деньги самарцев на чартере… А Басманный суд отказывает в возбуждении какого бы то ни было дела. Губернатор продолжает летать…

Так вот, уничтоженный суд, разваливающаяся армия, спецслужбы, которые не могут спасти от террора.

- А почему армия разваливается?

- Армия разваливается по ряду причин. Во-первых, некому служить. Общий уровень физической подготовки и здоровья молодых людей не позволяет комплектовать армию здоровыми людьми. Второе – Путин уничтожил собственную программу перехода армии на контракт. Фактически, начальник генштаба Макаров заявил, что мы не будем переходить на контрактную армию. В условиях демографического провала это означает, что, во-первых, в армию будут призывать всех поголовно, включая больных, чтобы обеспечить прием солдат.

Все те отсрочки, которые когда-то были, они, естественно, тоже будут уничтожены. Когда служить некому, то и армии нет.

Контракт, кстати, они уничтожили, потому что не платили нормальные деньги. Причем сознательно это делали, чтобы программу перехода на профессиональную армию уничтожить. Сейчас уже списали собственно на бессилие, за несколько недель до призыва они об этом заявили.
Здравоохранение. Я всего только одну цифру назову. Продолжительность жизни у нас африканская: мужики живут около 60 лет, женщины чуть больше. По показателю продолжительности жизни средней мы на уровне самых отсталых африканских стран. По смертности – Зимбабве.

Если говорить о других государственных институтах, в частности, о законодательной власти, то ее в стране нет. Парламент – не место для дискуссий, это говорит председатель парламента. Отсутствие политической конкуренции приводит к застою и коррупции. На региональном уровне происходит полное копирование федерального.

Планомерно уничтожается местное самоуправление, отменяются выборы мэров. Вводятся, так называемые, муниципальные выборы по партийным спискам. Причем, тоже делает монополизацию власти.

Короче говоря, нет ни одной сферы государственной жизни, в которой был бы прогресс, ни одной. Вот такая история. Теперь, почему русский народ любит Путина, несмотря на все что я сказал. То, что я сказал, является 100%-й правдой, готов ответить перед судом за каждую цифру, каждую букву.

- Так откуда любовь к Владимиру Путину?

- По той причине, что в последние годы – не вот эти два года, а первые годы 2000-ых – из-за дорогой нефти действительно в страну потекло много денег. Этих денег хватило не только, чтобы своровать, набить, скажем, карманы Путину, но еще и с барского плеча раздать пенсионерам и бюджетникам. Путин никакого отношения к росту благосостояния вообще не имеет!

Причем деградация в государстве вот по какому параметру… Когда я был в правительстве, у нас точкой бездефицитности бюджета была нефть по цене 20 долларов за баррель. Сейчас нефть стоит 80, бюджет все равно дефицитный. Сейчас точка бездефицитности 100 долларов. Почему? Потому что резко выросли хозрасходы, они очень неэффективны. К примеру, расходы на спецслужбы выросли больше, чем в 10 раз. Конкретно на любимом ФСБ расходы выросли более чем в 10 раз. При этом эффективность работы этих служб отвратительная. Если взять, например, терроризм, то в 2000-м году было 135 терактов на всю страну, в 2009-м их было 760. То есть, народ платит в 10 раз больше денег…

- А терактов, соответственно, в 10 раз больше?

- Ну, не в 10, а в 4-6 раз. То есть, полная деградация институтов государства. Это плохо, ведь не имея правового государства, а имея государство с отсутствием гражданских прав людей, перспектив нет никаких.

Феномен Путина, я уже сказал, это дорогая нефть. Она по-прежнему остается дорогой. Плюс промывка мозгов с помощью зомбоящика, который приличные люди уже не смотрят давно. Тем не менее, большинство граждан других источников информации не имеет.

- Двоевластие в России. То есть, сейчас у нас есть Медведев и Путин. Есть ли шанс у Медведева стать самостоятельным и вообще есть ли желание такое и возможность у нашего президента?

- Медведев не является полноценным президентом. Есть такой первородный грех – он не был избран на честных выборах, его Путин назначил преемником, выборы были фарсом и вот это отсутствие легитимности с самого начала и зависимость Медведева от Путина, она не позволяла ему стать президентом. После двух лет президентства Медведеву стало нравиться быть главой государства. Раньше он считал это какой-то нагрузкой. Был таким блюстителем. Сказали: «Сторожи!». Он сторожил. Потом ему понравилось. Сейчас мы находимся в ситуации, когда эти два господина, Дольче и Габбана, оба хотят сидеть на троне после 2012 года и никак не могут решить, кто из них главный.

- То есть, Медведев захотел уже?

- Да, Медведев захотел, это совершенно точно. Очень захотел. Медведев не хочет уступать это место Путину теперь. Какие возможности у Медведева? Они ничтожны. Он за два года ни команду свою не создал, ни в бизнесе не нашел поддержки, ни среди губернаторов. Очевидно, что ваш, самый одиозный. Ориентированный только на Путина. Он родственник, к тому же.

- Хорошая родня…

- Обычное дело для этой шайки. То же самое, Устинова с Сеченой. Так вот. Спецслужбы, естественно, Медведеву неподконтрольны, губернаторы тоже, олигархи тоже. Пожалуй, его господство очевидно только в Интернете. Он известный блоггер, умеет пользоваться Интернетом, ему нравится это…

- То есть, он «виртуал»?

- Да, да. Но я не знаю виртуальных президентов.

- Наш первый…

- По всей видимости. Люди используют Интернет, в том числе и политики, но для них это, ну как сказать, дополнительная возможность донести свою позицию...

- Для «Солидарности» – это, пожалуй, основная возможность, главный канал…

- Солидарность – другая история. Дело в том, что мы находимся в оппозиции к власти. Есть твердое указание Кремля, что мы главные враги, мы запрещены к показу в СМИ…

В повестке дня Медведев не значится…

- Что же, Дмитрий Анатольевич тоже находится в оппозиции?

- Нет, Дмитрий Анатольевич – слабое звено власти. Помнишь, была такая программа на Первом канале – «Слабое звено»… Вот он слабое звено власти. Но сейчас это слабое звено пытается доказать, что оно не такое уж слабое.

- Какие шансы?

- Я оцениваю шансы Медведева остаться президентом 1 к 10. Объясню почему. Помимо того, что Путин все контролирует, еще есть некоторая повестка дня. На следующий год будут так называемые выборы в Госдуму. Естественно, Владимир Путин как руководитель «Единой России» на эти выборы пойдет. Он уже начал суетиться по этому поводу – встречаться с активом, функционерами и так далее. Приемные открыл по всей стране. Естественно, в условиях тотальной фальсификации и зомбирования с помощью собственного телевидения, ему победа гарантирована. Медведев следующий год пропускает. Он же не сможет возглавить партию «Единая Россия» или «Справедливая Россия». Только потому, что он заведомо проиграет Путину.

Таким образом, во внутренней повестке дня 2011-го года Медведев не значится. Нет такого человека.

Он будет ездить в Аргентину, может быть даже в Венисуэллу… Только внутри страны он вряд ли будет фигурой. Поэтому дальше Путин придет после эпохальных выборов и скажет: «Ну вот, прошли праймериз, ты в них не участвовал. В принципе, участвовали Зюганов, Жириновский, я и Миронов. Я занял первое место. Значит я – президент». Мы же любим на американскую демократию смотреть, ну там были праймериз. У нас это русский праймериз, парламентский праймериз. Что Дмитрий Анатольевич на это сможет на это сказать? Ничего. Он слабый…

- Но «Единая Россия» может набрать меньше, чем она обычно набирала.

- Нет, не может, всё будет фальсифицировано. Всё. От начала, до конца. Будут подписаны цифры. Артяковы по всей стране, под страхом увольнения с работы будут выполнять эти цифры. Будет всё, как в Москве. Выборы в Московскую городскую Думу, где была «карусель» организована, где социологи зафиксировали более 500 000 бюллетеней…

- Разрыв с экзит-пулами?

- Это разрыв с экзит-пулами, это опросы, которые они делали перед самыми выборами. Об этом, кстати, «Левада-Центр» целую конференцию даже собрал, называется «Социологический замер фальсификации».

- Тем не менее, что же может сделать Медведев? Неужели ничего вообще? Может, что-то пытается?

- Ничего, он слабый. Он даже Мутко после Олимпиады не мог уволить. После терактов он Нургалиева не тронул. После этого кошмарного расстрела в супермаркете он хотел уволить Нургалиева, Путин не разрешил это сделать. Он Лужкова до сих пор не может уволить, совсем одиозный персонаж. На уровне вашего, самарского губернатора, но…

Два сапога пара, да? Единственное, роль жены Лужкова несколько иная, чем у этого. Медведев даже этого не может сделать. Ему секретарь от Путина достался, и водитель.

Цель – пережить Путина и Медведева…

- То есть он не может уволить секретаря и водителя?

- Да. Но хочет. Безусловно, для России конструкция с возвратом Путина – самый плохой сценарий. Потому что сидеть будет до 24-го года. Маразмирует. Такой Брежнев №2, только хуже, потому что более вороватые методы с гораздо более алчной и циничной бригадой, с нерешенностью ни одной проблемы страны, с очевидным развалом государства… Поскольку деньги все равно рано или поздно кончатся, а покупать элиты не на что.

В итоге, Кавказ первый. Он уже итак де-факто не наш, там же по законом Шариата, Кадыровским законам все уже…

Сохранение Путина при власти – это худший для России сценарий, просто катастрофический. Он будет проклят, начнутся волнения, причем не только в Калининграде и Владивостоке, но и по всей стране. Но главное, страну жалко: под игом Путина сидеть 25 лет, ну это просто… Я спрашиваю у всех людей, даже лояльных к Путину: сколько тебе будет в 2024 году? Сколько тебе будет?

- 40 лет.

- Ты уже будешь солидный дядя. Мне будет 64.

- Пенсионер…

- Вряд ли, я такой здоровый, я их переживу, точно совершенно. Это моя цель – причем и физически, и политически.

- То есть, главная цель обозначена – пережить Путина с Медведевым?

- Нет, режим. Я считаю, что Россия достойна лучшего. Вот этот воровской сырьевой режим, ублюдочный, лживый и циничный – это не то, что нужно России.

Уволить Путина. Освободить Ходорковского…

- Вернемся от абстрактного. У Медведева есть какие-то шансы? Что он должен сделать?

- Идеальный вариант: уволить Путина. Кстати, по Конституции, Медведев может это сделать без согласования с Парламентом. Уволить и всё.

- Что будет делать парламент?

- Тут же придут и присягнут в верности президенту. Уж этих принципиальных борцов за свободу я знаю. Придут, будут лизать, сосать, будут говорить: «Наконец-то мы избавились от этого…», и т.д., и т.п.

- «Мы давно этого хотели…»

- Да, давно этого хотели, что же вы так медлили, Дмитрий Анатольевич? Уж эту холуйскую шайку мы примерно знаем. Присягнут за 2 минуты. Второе, что бы я сделал, моя давняя идея, помиловать Михаила Ходорковского.

- Сначала на первое: если допустить, что он увольняет Путина, притом, что подконтрольные у него там силовые органы, завязаны чуть ли не на родственных связях, жизнь Медведева не под угрозой будет?

- Нет, у нас очень гнилая вся эта олигархия. Понимаешь, я не знаю ни одного искреннего сторонника Путина. Вот сторонников Басаева я знаю, мы их видели. А у Путина ни одного. Все с ним только из-за денег, только из-за собственности, только из-за бизнеса, и только из-за должностей, и только, чтобы не сесть. Но как только человека снимают, вся вот эта гнилая основа… Никто даже не пикнет, просто ни один человек, включая охрану. Все, более-менее кто с ним рядом, знают, что это за человек, знают ему цену, и знают, что ушел и слава богу! Может, хоть дышать будет легче.

Другое дело, для того, чтобы уволить, нужно, знаешь какое… нужно иметь волю, быть решительным!

- Нужно откусить пуповину.

- Да. Нужно быть серьезным человеком. А он Мутко не может уволить… Что мы обсуждаем?

- Второй вариант, Ходорковский…

- Да, Ходорковский. Дело тоже для него непростое, хотя оно очевидное, причем очевидное даже для людей, которые ненавидят Ходорковского, сейчас уже поняли, что всё. Что это уже перебор очевидный. Человек уже отсидел, человек уже не миллиардер, собственность у него отобрали, здоровье у него тоже отобрали, свободу у него отобрали. Наш народ, он в этом смысле, мне кажется, относится к Ходорковскому как к мученику уже. По крайней мере не как к олигарху.

Его помилование – 100%-ая прерогатива президента, согласие Парламента не нужно, согласие Путина не нужно, формально. Ну, Ходорковский на свободе – это конец режима путинского. Не потому что Ходорковский всесилен, а потому что это означает конец басманного правосудия. Это значит, что жизнь не только по путинским понятиям может развиваться. Это, кроме того, возобновление процесса по «Байкал-финанс-групп»…

- И все это должен делать Медведев?

- Одно решение, помилование, указ. Он должен подписать указ помилования.

Еще, например, отменить цензуру на телевидении…

- Механизм отмены каков?

- Механизм отмены такой: Вызывается Константин Эрнст. Ему показывается 29-я статья Конституции, не 31-я, а 29-я, где написано: «Цензура запрещена». Дальше вызывается Сурков и ему говорят: «Вы нарушили, господин Сурков, Конституцию. У вас запрещены темы, например, взаимоотношения Путина и Дерипаски, Путина и Абрамовича».

- То есть он еще заодно должен и Суркова уволить?

- Не уволить, он может даже не увольнять. Сказать: «Конституцию соблюдайте». Как юрист, даже не как президент. Конституцию видите? Значит, нет ограничений на темы. Помощь Путина приближенным олигархам во время кризиса. От Дерипаски… Абрамовичу полтора миллиарда. Эта тема не является запрещенной. Его взаимоотношения с Разамом Кадыровым, ситуация в Абхазии не является более запрещенной. Раздача им часов стоимостью десятки тысяч евро не является больше запрещенной. Дальше, лидеры оппозиции не входят в черный список больше, они могут участвовать в программах. Дальше, Парфенов возвращается на телевидение. Дальше прямые эфиры восстанавливаются. Просто я тебе говорю, как вот там… Я бы сидел в Кремле, надо было цензуру отменить. Это ровно 15 минут разговора, после этого люди уходят и выполняют указания. Если они не выполняют, их надо увольнять. Причем достаточно уволить не Суркова, а Эрнста. И сразу все поймут, что надо отменять цензуру, все. Разговор закончен.

- То есть общий итог из всего этого вышесказанного: очень маловероятно, что…

- Ну я же с самого начала сказал: 1 к 10.

- Тем не менее, некое двоевластие сейчас присутствует. Медведев, тем не менее, все же президент, какие-то рычаги у него все-таки есть, на кого-то он воздействие все-таки сможет оказать, на некоторых. И значит, мы видим, что вот это двоевластие, оно, скажем так, меняет политическую структуру не только в Москве и просто на федеральном уровне, а однозначно меняет и региональные взаимоотношения, потому что в каждом регионе есть какие-то недовольные, и по большому счету, видя какие-то желания Медведева стать более-менее самостоятельным, те, кто не получил от путинского…

- Все понятно…

- Как это отражается на регионах, это двоевластие, и отражается ли вообще?

- Слабо отражается. Безусловно, трещины люди чувствуют – и в Самаре, и в Нижнем Новгороде, везде. Но Медведев человек очень несистемный, то есть, он не создал структуру, вот если б Медведев, например, создал партию, да? Не знаю, новую или какую-то оседлал старую, неважно. Была бы такая структура, которая пронизывала бы все уровни власти, и она бы, эта структура, могла бы стать точкой притяжения для, например, региональных недовольных людей. Таких структур нет, их нет физически. Вот нет ничего медведевского, кроме «Инсора», который возглавляет Игорь Юргенс. Но это московская структура, и в Самаре, к примеру, таких структур нет. Это означает что? Что механизма конкуренции, серьезного, на региональном уровне, нет. Есть как бы вечная попытка региональных чиновников угадать, что хочет начальство, и держать нос по ветру. Это правда. Но инструментов, как Медведеву нарастить мускулы, он не создаст…

Больше скажу, если бы Медведев вступил в «Единую Россию» - это могло бы быть очень мощным инструментом для регионов. Там бы уже образовалось два крыла – путинское и медведевское – и внутри партии были бы две партии. Но его никто не примет, не возьмут.

- И потом там же процедура… Сначала надо быть сторонником, потом…

- Да нет, не издевайся, Дим.

У них – Рублевка. У нас – европейский курс

- Так, значит, с ними все понятно. Начали говорить о страхах. Чего боится власть, чего боится элита? Не только власть, но элиты, приближенные… Вот они боятся Ходорковского…

- На самом деле, главное – они боятся потерять власть и деньги, и третье – они боятся потерять свободу, потому что большинство представителей этой воровской вертикали надо сажать, просто сажать. Причем, не потому что я кровожадный, я абсолютно добрый человек. Просто они нарушают уголовный кодекс, они коррупционеры, они воры. Они отдают преступные приказы. Посмотри на Кадырова…

Они преступники, их надо сажать, поэтому три вещи: власть, собственность с деньгами и свобода. Они боятся потерять все три.

- Это фундаментальные страхи… Чего они боятся? Почему они боятся, грубо говоря…

- Ходорковского конкретно боится Путин, он его боится больше, чем в свое время боялся Басаева и Масанова. Это такая «ходорофобия». Она неадекватная. Ну, он физически боится, и боится, что он у него будет отбирать собственность, которую до этого Путин у него отобрал. Выведет его на чистую воду со всякими сделками. С нефтью, с «Сургутнефтегазом», и так далее.

- А почему боятся какую-нибудь «Солидарность»?

- Важный вопрос, я тоже думал об этом, тут другая история. Понимаешь, в чем слабость власти? В том, что ее идеология – это гниль. У нее нет идеологии в нормальном человеческом понимании этого слова. Только деньги, только собственность, только сама власть, вот вся её идеология. Она гнилая. Именно поэтому, это гнилой фундамент, и на нем нельзя построить здоровое здание государства российского. У него имеется…

- Нет социального проекта?

- Вообще ничего. Нет национальной идеи, нет идеологии, ничего нет, гниль одна, я тебе говорю. Деньги, собственность и попытки держаться за свой стул. Все. Что такое «Солидарность»?

- В чем была идеология, когда вы были в правительстве?

- Сейчас объясню. Сейчас договорю, и ты поймешь. «Солидарность» - очень идеологическое образование. «Солидарность» - европейский выбор России. Это ужасно раздражает. Купить нельзя. Мы хотим, чтобы Россия была рыночным государством, демократией, мы хотим сближение с Европой. И всю эту бредятину насчет энергетической сверхдержавы, нас от всего этого тошнит. И мы их ужасно бесим, ровно потому что мы идеологически подкованные, с абсолютно внятным содержанием противники. У них – Рублевка. У нас – европейский курс. И это бесит. Когда я писал «Путин. Итоги», меня некоторые начальнички спрашивали: сколько тебе надо денег, чтобы ты заткнулся. Нет таких денег.

Теперь о времени, когда мы были в правительстве. Мы строили капитализм в России. Из государства-банкрота мы попытались построить рыночную Россию. Мы заложили основы рыночной России, с её пятнами, с её проблемами… Но даже Путин, который ненавидит всю эту конкуренцию, уничтожить основы капитализма не смог, хотя и пытался, с помощью национализации. Была идеология коммунистической России…

Сателлиты, а не элиты…

- Просто не смог или пока не смог?

- Не смог. Более того, теперь он хочет адаптироваться, хочет создать такой «капитализм для друзей», основанный на монополиях, на государственно-бюрократическом невмешательстве, на экспорте сырья и так далее. То есть создает убогую модель капитализма. Очень плохую, такого коррумпированного капитализма. Но это капитализм, все-таки. Потому что сам за счет этого живет хорошо. Со своим друзьям. Сколько он их покупает всё время, создает основы для лояльности и так далее.

- Чего боятся элиты?

- По поводу элиты, без иллюзий. Никакой элиты нет. Есть группировка путинская, есть вот чекисты, есть Артяковы, которые с ними работали, распоряжались имуществом за рубежом, до этого, да? До губернаторства. Это все абсолютно несамостоятельные люди. Что такое элита? Элита – это набор людей, которые имеют свои представления о государстве, о будущем, и так далее. Или о своем бизнесе. Которые самостоятельным образом существуют. Так вот при Путине этого вообще нет. При Путине есть группировка Путина, и контрэлита, то есть оппозиция. Больше ничего нет. Элиты нет как таковой. Представь себе, если Путина убрать, то Артяков будет через две недели под судом, Лужков вылетит с уголовным делом. Вся эта конструкция, всё исчезнет, понимаешь? Это сателлиты, это не элиты, а сателлиты. То есть у них интерес исключительно шкурный. Пока босс при власти, мы тут еще хапнем, отгрузим, собственность возьмем и будет всё в шоколаде. Еще с Ромой съездим на Челси посмотреть. Всё. И своей любовнице подарим камушек в 25 карат…

Дмитрий ЛОБОЙКО - для ПолитСамара.Ру

Система Orphus
РЕЙТИНГ МАТЕРИАЛА
1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов6 баллов7 баллов8 баллов9 баллов10 баллов11 баллов12 баллов13 баллов14 баллов15 баллов16 баллов17 баллов18 баллов19 баллов20 баллов21 балл22 балла23 балла24 балла25 баллов26 баллов27 баллов28 баллов29 баллов30 баллов31 балл32 балла33 балла34 балла35 баллов36 баллов37 баллов38 баллов39 баллов40 баллов41 балл42 балла43 балла44 балла45 баллов46 баллов47 баллов48 баллов49 баллов50 баллов
 ...
Комментарии

Комментарии закрыты