Законопроект о валютном регулировании
Изменение валютного законодательства, тем более по такой чрезвычайно Либеральной моделью, недопустимо. В такой отрытой экономике, как в Украине, где более 60% ВВП формируется за счет экспорта и импорта, подавляющее большинство субъектов экономики прямо или косвенно связаны с валютными операциями.
В связи с высокой доларизацией экономики операции с валютой имеют огромное значение в повседневной жизни населения, не говоря о финансовом секторе. Это означает, что закон о валютном регулировании является системным, как, например, налоговый кодекс, потому что они меняют не только правовую среду, но и экономические взаимосвязи и результативность различных секторов экономики.
Наряду с этим, изменение закона требует изменения нормативных актов Нацбанка, стыковку с налогообложением, таможенными и другими подзаконными актами. Также придется переучивать персонал банков и сотрудников субъектов экономики как агентов валютного контроля и заменить там программное обеспечение.
Это надолго дезорганизирует производство и расчеты, а следовательно - снизит экономическую активность. Цепочка "экономика - курс - налоги - бюджет" затормозится. Учитывая общую экономическую неустойчивость такие факторы могут негативно повлиять на выполнение программных целей, выдвинутых президентом и правительством.
Эксперты говорят о проекте как о легальном механизме для "бегства с корабля" зажиточной части элиты и бизнеса в безопасные "лагуны" при устойчивых рекомендациях населению верить в стабильность родной гривне. Такое раздвоение вызывает ожесточенную оппозицию к заявлениям власти со стороны тех, у кого лимит 100 тысяч евро - максимальный размер перевода частного лица на счет в зарубежном банке - вызывает шок.
Девальвирует доверие к правительству как к профессиональному органу в том, что апологетом проекта является Михаил Бродский как крупнейший специалист в валютном регулировании. Проект, который подавался в 2007 году, является гимном либерализации. Он отражал совершенно иные реалии и модель валютной политики. Даже тогда он подходил только странам с избыточными валютными поступлениями. По сути, проект отменял ограничения на капитальные операции и позволял свободный перетек заработанных в стране пребывания средств за границу. Однако не в виде инвестиций, а в форме примитивного перевода средств на счета иностранных банков.
Подходит ли такая модель для обремененной займам Украины, которая находится в тисках нехватки валюты, - вопрос риторический. Эта модель взрывает ресурсную базу собственной банковской системы, повышает давление на валютный рынок, уменьшает денежные агрегаты в гривне, разрушает устойчивость системы к поглощению ее внешними субъектами. Кроме того, эта модель превращает внутренние свободные ресурсы в "горячие деньги", что грозит курсовыми колебаниями и неустойчивостью финансовой системы в целом.
Данный проект также противоречит последней мировой тенденции - укреплению эффективного государственного управления валютным рынком. В условиях развертывания "валютных войн" это оправдано поведение правительства и центральных банков.
Наконец, в условиях мирового финансового кризиса на уровне главных экономических - ФРС, МВФ, ВБ - и политических - G7, G20 - игроков все настойчивее провозглашается необходимость изменения общих и национальных правил игры. То есть мы стоим на пороге больших изменений, и будет неразумно принимать законопроект "прошлой эпохи", который сейчас является разрушающим. В мире это вызовет, как минимум, недоумение.
Еще более несвоевременным является изменение банковского законодательства о повышении уровня капитализации учреждений до 120 миллионов гривен, а потом - до 500 миллионов гривен. Если анализировать проблемы и риски деятельности банковского сектора, то кроме концентрации банковского капитала, уровень капитализации не решает ни одну из них.
Концентрация - цель хорошая, но даже если собрать весь банковский капитал Украины в один, то он достигнет уровня одного из ппятерки банков Польши. Это свидетельствует о совершенно другой проблеме: монетарная политика НБУ на протяжении последних 18 лет, которая привела к функциональной импотенции банковского сектора.
Принятие проекта влечет отрицательные политические и экономические последствия. Требование о повышении капитализации в условиях глобального кризиса нельзя выполнить априори. Отсюда путь только к слиянию, что в условиях многовекторного поведения владельцев банков приведет скорее к самоликвидации учреждений и разрушения их активов. Как всегда, обязательства лягут на плечи бюджета. Это повлечет дезорганизацию экономической деятельности, свертывание кредитования и недовольство вкладчиков.
Возможно развитие более опасного сценария. После введения такой нормы и неизбежного широкого обсуждения в печати судьбы малых банков возникнет угроза их ликвидации, что может спровоцировать панического выемку вкладов из небольших учреждений. Что произойдет с ликвидностью, расчетами и кредитованием, пояснять не надо.
Следует не только отложить рассмотрение этого проекта, но и прекратить разговоры о нем.
